Решение Netflix приобрести права на новые сезоны российского мультсериала «Маша и Медведь» в конце июня вызвало международную дискуссию. Министр иностранных дел Эстонии Маргус Цахкна предупредил, что речь идёт не просто о безобидном детском мультфильме, а об одном из инструментов российской «мягкой силы».
Эта позиция быстро получила широкий отклик в западных СМИ. О ней, в частности, написали The Guardian, ERR и ряд других изданий. Однако столь же оперативно отреагировали и российские СМИ. Примечательно, что они почти не пытались опровергнуть слова Цахкна или спорить о том, присутствует ли в мультсериале пропаганда. Вместо этого его заявление превратили в основу нового пропагандистского сюжета.
От Netflix к национальной гордости
Поводом для дискуссии стало решение Netflix приобрести права на показ восьмого и девятого сезонов сериала, а также продлить лицензии на предыдущие сезоны и связанные с ним проекты более чем в ста странах.
В ответ Маргус Цахкна написал в социальных сетях:
«Россия ведёт войну не только ракетами, но и нарративами. „Маша и Медведь“ – это часть кремлёвской мягкой силы, которая вплетает прокремлёвские и милитаристские послания в детский контент, нормализуя российскую агрессию и имперские амбиции».
В той же публикации он добавил, что мир никогда не принял бы детскую программу, представляющую нацистскую символику в положительном свете. По его словам, советская символика заслуживает такой же моральной оценки, поскольку для многих народов она ассоциируется с оккупацией, массовыми убийствами, депортациями и преступлениями против человечности.
Эта позиция быстро привлекла международное внимание. Однако российские СМИ почти сразу использовали её как повод для совершенно иной истории.
Эстония увидела в мультфильме милитаризм
Первым шагом стало превращение всей дискуссии в повод для насмешек.
Gazeta.ru лаконично озаглавила свою публикацию: «В мультфильме «Маша и Медведь» разглядели «милитаристские нарративы»».
В самой статье слова Маргуса Цахкна переданы довольно точно, однако основной акцент сделан на том, что министр иностранных дел Эстонии якобы «обнаружил» милитаризм в детском мультфильме. При этом никакой попытки объяснить, почему вообще возникла подобная критика, не предпринимается.
Похожий приём использовала и «Российская газета». Согласно её заголовку, министр иностранных дел Эстонии увидел в мультсериале «имперские амбиции».
Такая подача смещает внимание с вопроса о возможной пропаганде на то, насколько абсурдным якобы выглядит само обвинение.
EADaily объявило главу МИД Эстонии сумасшедшим
Ещё дальше пошло прокремлёвское издание EADaily. Его заголовок уже даже не пытается создавать видимость нейтральности: «Глава МИД Эстонии сошёл с ума: „Маша и Медведь“ олицетворяет советскую оккупацию». Уже в первых строках статьи оценку Маргуса Цахкна называют безумной, и лишь после этого приводят его слова.
Это классический пропагандистский приём. Читателю навязывают готовую оценку уже в заголовке. Ещё до того, как он успевает ознакомиться с позицией Маргуса Цахкна, ему фактически подсказывают, как к ней следует относиться.
Вместо пропаганды – разговоры о зависти
Наиболее интересный поворот происходит в следующей публикации Gazeta.ru, где слово предоставляют депутату Государственной думы Виталию Милонову. О пропаганде он почти не говорит. Вместо этого Милонов заявляет:
«Это слова злобы, потому что эстонские мультипликаторы не способны создать ничего, что хотя бы отдалённо напоминало бы «Машу и Медведя»».
Далее он развивает эту мысль, утверждая, что, поскольку Эстония не способна создавать качественную анимацию, её представители пытаются просто уничтожить успешный российский культурный продукт. В завершение Милонов называет российскую культуру инструментом «мягкой силы» России и заявляет, что такие «крысёныши», как министр иностранных дел Эстонии, её боятся.
Именно здесь происходит ключевая подмена. Дискуссия уже не касается вопроса о том, есть ли в мультсериале пропаганда. Вместо этого формируется новый нарратив: Эстония якобы атакует успешный российский культурный продукт исключительно из зависти.
Это один из распространённых пропагандистских приёмов. Когда содержание критики оказывается неудобным, предмет спора подменяют. Вместо ответа на выдвинутые обвинения внимание переключают на мотивы самого критика.
«Если Netflix купил, значит, всё в порядке»
Почти все российские СМИ делают акцент ещё на одном обстоятельстве. Они неоднократно подчёркивают, что Netflix приобрёл права на показ мультсериала более чем в ста странах, что у него десятки миллионов подписчиков на YouTube, он переведён на десятки языков, а одна из серий внесена в Книгу рекордов Гиннесса.
Все эти факты соответствуют действительности. Однако их задача не сводится лишь к тому, чтобы дать читателю дополнительный контекст. С их помощью формируется косвенный вывод: если крупнейшая в мире стриминговая платформа покупает этот сериал, а его смотрят миллиарды людей, значит, речь не может идти о пропаганде.
Однако такой аргумент не отвечает на критику Цахкна. Международная популярность сама по себе не говорит о том, может ли тот или иной культурный продукт одновременно служить инструментом «мягкой силы». Именно на это и обращал внимание министр иностранных дел Эстонии в своей публикации.
Одно событие – четыре пропагандистские интерпретации
Материалы российских СМИ хорошо показывают, как одно международное событие может превратиться сразу в несколько разных пропагандистских историй.
В одной из них Эстонию изображают страной, которая ищет милитаризм в детских мультфильмах. В другой министр иностранных дел предстаёт как неуравновешенный политик. В третьей речь уже идёт не о пропаганде, а о зависти к успеху российской культуры. В четвёртой решение Netflix используется как доказательство культурного влияния России.
При этом ни одна из этих историй уже не отвечает на главный вопрос – может ли «Маша и Медведь» служить инструментом российской «мягкой силы». Вместо этого внимание переключают на самого критика и его мотивы. Именно такое смещение фокуса является одним из самых характерных приёмов пропаганды.
