Propastop продолжает публиковать лучшие материалы 2025 года. Одним из них стало интервью с Трийну Перве, известной в Украине под прозвищем «мать подразделений» (Mother of Units). Она — одна из иностранных волонтёров, поддерживающих Украину, которую российские «инфовойны» регулярно подвергают персональным атакам.
В интервью Propastop Трийну Перве рассказывает не только о том, как она помогала доставлять на фронт автомобили, дроны и полевые госпитали, но и о том, как выглядят персональные информационные атаки — вплоть до получения смертельных угроз, а также о том, как за три года войны изменились тактики российской дезинформации.
19 января 2026 года мужество и настойчивость Трийну Перве получили официальное признание: ей было присвоено звание «Человек миссии Эстонии — 2025», а награду она получила из рук президента Эстонии Алара Кариса.
Источник: Facebook-страница Алара Кариса.
На влиятельном Telegram-канале «Два майора» (1,3 млн подписчиков) утверждается, что вы являетесь медиаменеджером подразделения Defcon Tribe и надеваете тактическое снаряжение лишь для фотосессий. Уточните, какова ваша реальная связь с Defcon Tribe.
Я являюсь волонтёром Defcon Tribe. Я поддерживаю их, собирая пожертвования и оказывая логистическую помощь, чтобы у них было всё необходимое для продолжения работы. Поскольку я занимаюсь публичным сбором средств, моё имя и личность всегда были открыты — в моей деятельности нет ничего тайного. На всех фотографиях я нахожусь в военном снаряжении JAH-RB лишь потому, что работаю в той же среде, а не потому, что служу в Defcon Tribe по военному контракту.
Также утверждается, что вы поддерживаете «украинское нацистское подразделение». Почему, на ваш взгляд, российская пропаганда использует «нацистские» обвинения даже в 2025 году?
Российская пропаганда практически любое украинское подразделение называет «нацистским». Особенно они приклеивают этот ярлык всем, кто так или иначе связан с легендарным полком «Азов» или возник из него. Думаю, этот нарратив используется главным образом потому, что я сотрудничала с такими подразделениями, как «Кракен» и 3-я отдельная штурмовая бригада.
Я поддерживаю украинскую армию уже три с половиной года и более двух лет из этого времени провела в Украине, но ни разу не сталкивалась с какими-либо «нацистами». В Украине я видела преданных и трудолюбивых людей, которые защищают свою свободу. Россия продолжает использовать терминологию «нацизма», потому что это укладывается в её долгосрочный пропагандистский нарратив и служит оправданием агрессии, которую больше не удаётся объяснить никакими другими аргументами.
Тебя и раньше пытались атаковать в связанных с ГРУ каналах в социальных сетях. Опиши, пожалуйста, эти атаки и то, как ты на них реагировала.
В соцсетях мою репутацию систематически пытались очернить, особенно в Twitter (ныне X). Меня обвиняли в хищении пожертвований и распространяли нелепые слухи о якобы «личных интимных связях» с половиной личного состава украинской армии. На некоторые из этих заявлений я публично отвечала вызовом — предъявить доказательства, чего, разумеется, никогда не произошло. Несмотря на это, десятки аккаунтов продолжают распространять ложь не только с целью подорвать моё имя, но и чтобы в целом подрывать доверие к волонтёрам.
Российские источники нередко используют в отношении женщин-волонтёров и международных сторонниц Украины выражение «пиар-девушки ГРУ». Почему, на твой взгляд, именно женщины так часто становятся целью подобных атак?
Женщины становятся мишенью чаще, потому что их проще атаковать лично, а многие волонтёрки сумели очень ярко заявить о себе в социальных сетях. Чаще всего российская пропаганда нацеливается именно на тех, кто успешно собирает пожертвования и при этом не скрывает заботы о своём внешнем виде. В ход идут ярлыки вроде «современная девушка с плаката украинской армии» или «военная Барби», чтобы объектировать женщин и принизить их реальный вклад. Цель такой тактики — отвлечь внимание от нашей настоящей работы и обесценить наш вклад. Часто подобные атаки — это показатель того, что выбранные в качестве целей женщины действительно влиятельны, ведь если бы нас не считали угрозой, нас бы просто не атаковали.
Согласно одному из утверждений российских пропагандистских ресурсов, скоростной катер якобы доставил вас даже на легендарный остров Змеиный. Верно ли это — ведь обвинение, рассчитанное на дискредитацию в глазах российской аудитории, на Западе звучит скорее как признание заслуг?
На мой взгляд, участие в реальных событиях не является пропагандой и не наносит ущерба репутации. Но я подчёркиваю: я не разглашаю никаких обстоятельств, связанных с военными операциями. Особенно тех, что касаются боевых действий, поскольку они покрыты военной тайной.
Что мотивирует вас как гражданку Эстонии добровольно бороться за независимость Украины?
Для меня до сих пор шокирующе и нереально, что в 2025 году в самом сердце Европы идёт полномасштабная война. Я верю и боюсь, что если мы не поможем Украине защититься от России, следующим объектом может стать Эстония. То, что для меня начиналось просто как сбор пожертвований в поддержку Украины, превратилось в глубоко личное дело.
После двух лет, проведённых в Украине, и увиденных собственными глазами ужасов этой войны я точно знаю: я не хочу, чтобы ни одна другая страна испытала подобный кошмар. Те подразделения, которых я поддерживаю, — для меня уже не просто названия, это мои друзья. Я потеряла слишком много близких и сделаю всё возможное, чтобы остальные выжили и имели всё необходимое для продолжения борьбы. Никто не должен переживать такую утрату, какую эта война принесла бесчисленным семьям в Украине.
Источник: скриншот.
Как вы оцениваете эффективность кремлёвской машины дезинформации? Как её методы изменились с 2022 года?
Кремлёвская дезинформационная машина не остановилась ни на день с 2022 года — она лишь меняла форму. В первые месяцы полномасштабного вторжения её сообщения были очень жёсткими и агрессивными: цель состояла в том, чтобы оправдать войну и запугать украинцев.
Сейчас эти послания часто куда более изощрённые. Там смешивается правда и ложь, фабрикуются «сообщения независимых лидеров мнений», целенаправленно атакуются конкретные военнослужащие, волонтёры и активисты, поддерживающие Украину. Пропагандисты адаптировали тактику: они используют тренды соцсетей, подделывают факты, искажают фото- и видеоматериалы. Их цель — посеять сомнения, расколоть общество и вызвать усталость от войны, чтобы люди начали спрашивать: «Зачем вообще наша страна и мы сами должны помогать Украине?»
Но то, что до сих пор так много людей вкладывают энергию в поддержку Украины, доказывает: наша работа имеет реальный эффект.
Какие нарративы кремлёвская пропаганда распространяет сейчас о странах Балтии?
В странах Балтии, особенно в Эстонии, кремлёвская пропаганда часто продвигает мысль о том, что поддержка Украины якобы слишком дорога или вовсе бессмысленна, что украинские беженцы — это бремя для нас, а НАТО в случае нападения на самом деле Эстонию не защитит. Целью является посеять недоверие к собственному правительству и расколоть общество — прежде всего между эстонцами и русскоязычным населением.
Очень распространённый нарратив — представление Украины как коррумпированного или нестабильного государства, чтобы вызвать сомнения в необходимости её поддерживать. Эти послания распространяют не только явно прокремлёвские источники, но и «озабоченные граждане» или мнимые независимые лидеры общественного мнения.
Эстонскому обществу нужно быть особенно внимательным ко всему, что пытается стравить людей между собой, ослабить поддержку Украины или заставить усомниться в наших союзнических отношениях. Именно раскола внутри общества Кремль и добивается, потому что разделённым сообществом гораздо легче манипулировать. Если позволить этим нарративам укорениться, мы можем вскоре оказаться в положении сегодняшней Украины — только с гораздо меньшим временем для подготовки.
Как вы советуете вести себя в социальных сетях молодым людям, которые именно оттуда получают основную информацию и часто сталкиваются с контентом, подаваемым «независимыми наблюдателями»?
Для молодёжи самое важное — прежде чем формировать своё мнение, задать себе вопрос: насколько надёжен тот или иной источник? Если кто-то называет себя «независимым наблюдателем», стоит проверить его биографию: с кем он взаимодействует, чем занимался раньше, совпадает ли его контент в соцсетях с достоверными фактами.
Дезинформация часто выглядит убедительной именно потому, что в ней смешаны правда и ложь. Нужно учиться распознавать эмоциональные манипуляции. Если пост вызывает у вас гнев, страх или ощущение безысходности — сделайте паузу и спросите себя: зачем автор хотел вызвать именно эти эмоции?
Не бойтесь требовать доказательств и всегда помните: именно за счёт кликов и репостов ложные нарративы продолжают жить. Уже отказавшись от их распространения, вы вносите свой вклад в информационную борьбу. В условиях инфовойны критическое мышление столь же важно, как и любое оружие.
