Мы не раз слышали от России заявления о том, что военное вторжение — единственный способ защитить её граждан за границей. Это звучало в 2008 году в Грузии, повторялось в 2014 и 2022 годах в Украине. Однако возникает логичный вопрос: как вообще российские граждане оказались на территории этих суверенных стран?
Сегодня Propastop объясняет, как Кремль использует тактику так называемой “паспортизации” — раздачу российских паспортов в соседних государствах, чтобы искусственно создать этническое меньшинство. Этот процесс не только даёт предлог для вторжения, но и служит оправданием для последующей оккупации территорий. На недавно захваченных украинских землях такая практика также открывает путь к репрессиям и контролю над местными жителями.
Южная Осетия: паспорт как оружие для оправдания войны
Раздача паспортов жителям соседних стран — не новинка на политической арене. Этим занимались Армения в Нагорном Карабахе, Венгрия в Украине и Турция на Северном Кипре. (Подробнее о паспортной политике можно почитать в статьях Politico, Forbes и отчёте Йельского университета.) Но именно Россия превратила эту практику в инструмент гибридной войны, сделав паспорта не просто документами, а настоящими катализаторами конфликтов и средством подрыва стабильности соседей.
Российская паспортная политика начала активно разворачиваться в 2002 году с принятием нового закона о гражданстве. Этот закон позволил любому, кто проживал на территории бывших советских республик до распада СССР и остался без гражданства, получить российский паспорт в упрощённом порядке. И хотя этим правом пользовались и владельцы серых паспортов в Эстонии, закон был нацелен на создание “российских граждан” в зонах конфликтов — от Приднестровья до Абхазии и Южной Осетии.
Наиболее наглядными примерами такого подхода являются конфликты в Абхазии и Южной Осетии. Обе территории объявили о своей “независимости” после распада СССР, находясь в составе Грузии. Оба региона стали ареной для войн между грузинскими властями и пророссийскими сепаратистами.
И хотя конфликты сейчас заморожены, у России осталась возможность оказывать давление на Грузию благодаря наличию там “своих граждан”. Превращение местных жителей в российских подданных происходило по схеме, которую Москва использует снова и снова: раздача паспортов, провокация конфликта и создание зависимого анклава. Несмотря на то, что независимость Южной Осетии и Абхазии признали всего пять стран — Россия, Сирия, Венесуэла, Никарагуа и Науру, — Кремль продолжает укреплять своё влияние.
Например, по переписи 2015 года русские составляли лишь 1% населения Южной Осетии, а для всего 1,5% жителей русский был родным языком. Но в 2008 году, перед началом войны с Грузией, почти каждый местный житель уже имел российский паспорт. Всё благодаря закону о гражданстве, который позволял за короткое время превратить обитателей этих территорий в российских граждан — и обеспечить Москве повод для вмешательства.
СОЗДАНИЕ “ГРАЖДАН, НУЖДАЮЩИХСЯ В ЗАЩИТЕ”: В обозначенных зелёным на карте Грузии Абхазии и отмеченной фиолетовым Южной Осетии в первую очередь массово раздавали российские паспорта. Источник: Википедия
Таким образом, Россия искусственно создала “российское национальное меньшинство” или, по сути, собственное гражданское население на территории, официально принадлежащей Грузии, что затем использовалось как предлог для военного вмешательства. Во время объявления войны тогдашний президент России Дмитрий Медведев заявил: «Согласно Конституции и другим федеральным законам, я, как президент Российской Федерации, обязан защищать жизнь и достоинство российских граждан, где бы они ни находились. Именно это определяет мои решения в данный момент». (Полный текст его речи доступен на официальном сайте Кремля).
Война под лозунгом “защиты российских граждан” стала ответом России на стремление грузинского народа сблизиться с Западом. В 1990-е и 2000-е годы конфликты в Абхазии и Южной Осетии оставались для России замороженными и лишь локальными войнами на территории Грузии, при этом Москва формально признавала территориальную целостность страны. (Россия официально не признавала независимость Абхазии и Южной Осетии до августа 2008 года, хотя поддержка местных сепаратистов шла полным ходом задолго до этого).
После так называемой “Революции роз” и прихода в 2003 году к власти в Грузии новой либеральной администрации, курс Тбилиси на интеграцию с Западом начал угрожать стабильности Южной Осетии, режим которой полностью зависел от отношений с Россией. В этой ситуации сохранение “замороженного” конфликта стало для Москвы приоритетом, поскольку позволяло сохранять рычаги влияния на грузинскую политику. Сближение Грузии с Западом вызвало в Кремле беспокойство и подтолкнуло его к активизации политики в регионе. Россия начала укреплять своё присутствие и влияние в Южной Осетии и Абхазии, активно раздавая российские паспорта местным жителям. По сути, массовая паспортизация стала ответом Москвы на внешнеполитический курс Грузии, который больше не устраивал Кремль.
С точки зрения международного права Южная Осетия по-прежнему является частью Грузии, однако де-факто это независимая республика, на которую Тбилиси больше не имеет никакого влияния после ввода российских войск. Успех российской паспортной политики в регионе объясняется двумя факторами. Во-первых, местный южноосетинский паспорт не признан ни одной страной мира, а значит, его обладатели не могут свободно путешествовать за пределами региона. Единственный выход — использовать российский паспорт.
Формально жители Южной Осетии могут получить и грузинское гражданство, но после кровавого этнического конфликта подавляющее большинство осетин категорически не желают этого делать. Наличие российского паспорта для них — это не только возможность выезжать за пределы региона и получать российские социальные льготы, но и символ политической идентичности, подчёркивающий их независимость от Тбилиси.
Интересно, что Москва пыталась реализовать подобную паспортную политику и в Эстонии в начале 2000-х годов, но здесь эта стратегия провалилась. Причина проста: владельцы серых паспортов имели гораздо более привлекательную альтернативу — эстонское гражданство, которое открывало для них значительно больше возможностей и прав.
ВЛАСТИ УКРАИНЫ УСПОКАИВАЮТ: Украинцы, вынужденно получившие российский паспорт на оккупированных территориях, не будут наказаны за это. Источник: Donbass Realii, скриншот.
Украина: паспорт как инструмент преследования украинцев
Паспортная политика остаётся важным инструментом России и во время войны в Украине, начав применяться сразу после оккупации Крыма, Донецкой и Луганской областей. Новый закон автоматически предоставил российское гражданство всем жителям Крыма, и к концу 2014 года около 1,5 миллиона человек получили российские паспорта. Отказаться от гражданства можно было всего в течение четырёх недель, что вынудило многих людей выбирать между эмиграцией и вынужденным принятием российского подданства.
Этот механизм создал юридический парадокс: Россия считает “своими гражданами” даже тех, кто бежал от оккупации, хотя они этого не хотели и часто не имели на руках российских паспортов. Такая ситуация стала поводом для давления на проукраинских активистов: им ограничивали социальные услуги, угрожали увольнениями и арестами.
Жителей, отказавшихся от российского гражданства, фактически подвергли преследованиям: им перекрыли доступ к медицинской помощи и социальным льготам, а некоторых уволили с работы.
В Донецке и Луганске политика пошла по иному пути. В отличие от Крыма, эти территории не были формально включены в состав России, поэтому их так называемые паспорта не признаны нигде, кроме самой РФ. Украинские документы для местных жителей стали неудобными и опасными, а “республиканские” — бесполезными, изолируя людей и ограничивая их права и свободы.
На самом деле Россия начала упрощённую раздачу своих паспортов на оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей ещё в 2019 году, поскольку уже тогда местные власти запретили жителям сохранять украинское гражданство. С началом полномасштабной войны в 2022 году российский паспорт стал инструментом для преследования жителей оккупированных территорий. Оккупационные власти объявили, что тех, кто откажется от российского гражданства и сохранит украинский паспорт, ждут ограничения при трудоустройстве, лишение социальных льгот и медицинской помощи, а также отказ в гуманитарной помощи. Например, учителей в Мариуполе, которые сохранили украинские паспорта, угрожали увольнением, а во многих вакансиях указывается обязательное наличие российского паспорта.
Жители освобождённых Украиной территорий рассказали, что российские военные, проверяя документы, жестоко избивали некоторых людей, не оформивших российский паспорт.
Паспортную политику можно рассматривать как часть общей стратегии России по отрицанию существования украинского государства и идентичности. Одним из самых прочных связующих звеньев между человеком и государством является гражданство, так как оно предполагает принятие гражданином культуры, идентичности и общественного порядка своей страны. Хотя в случае Украины сомнительно, что новые владельцы российских паспортов действительно признают российскую общественно-политическую систему, навязывание российских документов показывает стремление Москвы разорвать связь жителей оккупированных территорий с Украиной как с государственным и культурным образованием.
Навязывание российских паспортов позволило оккупационным властям быстро выявлять потенциальных противников режима. Те, кто отказался получать российский паспорт, с большой вероятностью рассматривались как активные оппоненты оккупации, а значит, автоматически становились целями для преследований. Власти Луганска и Донецка начали создавать специальные центры для содержания «иностранных граждан» — то есть украинцев, которые отказались от получения российского паспорта.
При этом даже те, кто согласился на российское гражданство, фактически не стали полноценными гражданами РФ. Российское законодательство позволяет лишать их гражданства за различные правонарушения, такие как «дискредитация вооружённых сил» или «распространение ложной информации». Это облегчает введение цензуры и подавление недовольства на оккупированных территориях.
Кроме того, российский паспорт означает и новые обязательства, в первую очередь — мобилизацию в армию РФ. Таким образом, перед жителями оккупированных территорий встаёт невыносимый выбор: получить российский паспорт и рискнуть быть отправленным на фронт, где придётся воевать против своих же соотечественников, или отказаться от него и подвергнуться арестам и репрессиям. Хотя мобилизация на оккупированных территориях Украины нарушает нормы Женевской конвенции, известно множество случаев, когда украинцев насильно отправляли воевать против своих же сограждан.
По мнению вице-премьера Украины и министра по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Ирины Верещук, навязывание российских паспортов жителям оккупированных территорий фактически является военным преступлением.
«ВЫ ЛИШИТЕСЬ ВСЕХ ВЫПЛАТ.» С помощью таких угроз жителей оккупированных территорий Украины заставляют получать российские паспорта. Иллюстрация: Суспільне Новини, скриншот.
Принудительное гражданство: история 70-летней Валентины
Издание Суспільне Новини недавно рассказало историю Валентины, пенсионерки с оккупированной территории, которая на собственном примере испытала, что значит давление из-за отказа от российского паспорта. Валентина заболела тяжелой формой COVID-19 в 2020 году, но тогда её всё равно приняли в больницу, несмотря на отсутствие российского или «паспорта ДНР».
Ситуация изменилась после начала полномасштабного вторжения в 2022 году. Когда Валентина летом обратилась за получением свидетельства о смерти своего мужа, её сразу спросили: «А у вас есть российский паспорт?» Тем не менее, документ ей выдали ещё по украинскому паспорту.
Но уже в начале прошлого года в пенсионном фонде ей ясно дали понять: «Если не возьмёте российский паспорт, вы потеряете доступ ко всем сбережениям в банке, прекратятся пенсионные выплаты и социальная помощь. И самое главное — если заболеете, вас просто не примут в больницу, и вы умрёте дома».
По совету дочери, которая живёт на свободной территории Украины, Валентина была вынуждена сдаться и спустя почти десять лет давления согласилась взять российский паспорт. Тем временем украинские пенсионеры на оккупированных территориях, которые всё ещё сопротивляются и не хотят принимать гражданство оккупантов, рискуют своим здоровьем и жизнью — российские власти полностью лишают их социальных выплат и доступа к медицинским услугам.
